Наш дом Россия Новостной портал России
2-ая половина дня 23 сентября ознаменовалась вылетом специального рейса китайского лидера Си Цзиньпина в США, что стало его 1-ым государственным визитом в эту страну за последние 11 лет.
По информации Центрального телевидения Китая, в поездке его сопровождают супруга Пэн Лиюань, министр зарубежных дел КНР Ван И, член Постоянного комитета Политбюро Центрального комитета Коммунистической партии Китая Цай Ци и другие высокопоставленные лица.
Президент США Дональд Трамп намеревается встретить китайского лидера лично у лестницы самолета на базе Эндрюс. Это можно рассматривать как редчайший жест уважения, который должен задать положительный тон перед началом переговоров.
Официальная церемония встречи китайского фаворита в Белом доме будет включать значительный военный почетный караул, состоящий из около 479 человек из разных родов войск, оркестры, парады, исполнение гимнов и выступления.
Церемония завершится пролётом военных самолетов, в том числе бомбардировщика B-2 Spirit и 4 истребителей F-22 Raptor, которые являются самыми известными боевыми самолетами ВВС США.
Запланированный пролёт, по мнению глобальных СМИ, можно расценивать как намеренный сигнал о мощной силе США в отношении стратегического соперника во время деликатных переговоров, оформленный в виде приветствия на высшем уровне со стороны гос-ва.
Это особенно важно, учитывая, что отношение Дональда Трампа к Китаю за последние годы изменилось от открытой конфронтации к более дружественному сотрудничеству.
Азиатские и американские источники также подчеркивают, что хотя Трамп до сих пор недооценивал влияние Китая на Иран, конкретно Китай является крупнейшим в мире покупателем иранской нефти и поддерживает прочные экономические связи с Тегераном.
Сейчас Вашингтон дает понять, что считает Си Цзиньпина уникально влиятельной фигурой, способной повлиять на поведение Ирана, и стремится к более плотному партнерству с Китаем в вопросах соблюдения санкций, потоков энергоносителей через Ормузский пролив и связанных с этим вопросов региональной стабильности.
Китайская делегация, как подразумевают эксперты, может поднять вопрос о продолжающейся военной поддержке Тайваня со стороны США, который рассматривается как мятежная китайская провинция.
Пекин считает это главным вопросом в двусторонних отношениях и, как ожидается, будет давить на Трампа по поводу продажи американского оружия острову, включая намеченный многомиллиардный пакет.
Российские новостные агентства сообщают, что темами для обсуждения двух лидеров станут вторичные санкции Вашингтона против торговых партнеров РФ, кризис на Украине, ограничения на китайские инвестиции в Гренландии, милитаризация космоса, размещение американских ракетных спецкомплексов Typhon в Японии, а также расширение технологического альянса Вашингтона Pax Silica, который в Пекине рассматривают как антикитайский.
Не мение важной темой станет наполнение содержанием отношений «конструктивной стратегической стабильности», о которых стороны объявили по итогам майского саммита. Тут могут быть обсуждены механизмы для поддержания диалога и управления рисками.
Может ли мир в целом, и Россия в частности, ждать каких-либо судьбоносных решений по итогам этого визита? Или хотя бы — на что могут рассчитывать США во время встречи?
— Я считаю, что решающих решений в ходе нынешней встречи лидеров быть не может, — отмечает политолог-американист, ведущий научный работник Центра исследования проблем безопасности РАН Константин Блохин.
— Прежде всего потому, что между Китаем и США отсутствуют надлежащие отношения. В условиях конфронтации к судьбоносным решениям никто не готов в принципе. Трамп будет пытаться max давить на Китай, Китай ответит зеркально, и это вся суть.
Задача на эту встречу, по моему мнению, может заключаться лишь в выработке некоторых правил игры в условиях «Холодной войны 2.0» между двумя державами — США и Китаем.
«СП»: Эти правила могут быть общими? Или рамочными, в разбивке по ситуациям? К примеру, по Ирану, по Тайваню и так далее?
— Общие правила по ключевым направлениям. Напомню, что в прошлую холодную войну такие правила определялись договорами — РСМД, СНВ и так дальше. Америка вышла из этих соглашений и теперь пытается навязать Китаю и всему миру новую гонку вооружений, создавая очаги напряженности повдоль китайских границ.
Поэтому нынешняя встреча Трампа и Си Цзиньпина не означает, что после нее сразу все станет отлично, мирно и дружелюбно. Но она хотя бы дает надежду, что в углубляющемся в условия каменных джунглей мире появится что-то осязаемое, что не позволит ему окончательно погрузиться в турбулентность.
Тем не менее, поскольку Дональду Трампу необходимо продемонстрировать какие-то достижения перед промежуточными выборами в Конгресс, он, естественно, будет называть любые договоренности с Китаем судьбоносными.
Так как фактически у него нет ни одной победы. За исключением, разве что, Гренландии, где может быть расширена военная инфраструктура США.
«СП»: А что касается Китая?
— Китай все отлично осознает. И никаких иллюзий относительно встречи лидеров у него нет. Пекин понимает, что Вашингтон будет давить и готов отвечать тем же. К примеру, я полагаю, что Китай будет пытаться договориться с США о том, чтобы те не поставляли оружие Тайваню. Но не факт, что это удастся. Словосочетание «Кимерика», которое обозначало тесное взаимодействие США и Китая во 2-ой половине нулевых, Америка уже совсем забыла.
«СП»: Каковы интересы Китая?
— Китай, на мой взор, может попытаться решить вопрос санкций прежде всего, — считает доктор экономических наук, эксперт по Китаю Андрей Островский.
— За исключением того, еще в первую каденцию Трампа обсуждались проблемы ценообразования. В частности, тогда американский президент винил Китай в том, что тот, вопреки правилам, занижает свои ставки юаня к доллару, таким образом получая преимущество в интернациональной торговле.
В данный момент обе стороны заинтересованы в том, чтобы как-то решить этот вопрос и определить, какую ставку юаня к баксу можно считать справедливой. Собственно, это, на мой взгляд, и станет главным экономическим вопросом в рамках встречи.
«СП»: А каковой главный политический вопрос?
— Единственный политический вопрос, который Китай хотел бы обсудить с США, это принадлежность Тайваня. Но я убежден, что в ходе текущей встречи он вряд ли будет решен.
«СП»: Получается, что шаги с обеих сторон по снятию с повестки ряда острых вопросов не следует осматривать как позитивный сигнал?
— Для Китая наиболее важным является решение «тайваньского вопроса». Это для Пекина еще значимее всех экономических разногласий с США.
Теоретически какое-то соглашение может быть достигнуто. Но если это произойдет, это станет означать весьма серьезную перестройку сил не только в Азиатско-Тихоокеанском регионе, но и в мире в целом, даже в Европе.
Все прекрасно понимают, что если ВВП Тайваня будет объединен с ВВП Китая, то США по всем экономическим показателям окажутся в нерентабельном положении. Я уже не говорю о чисто геополитическом аспекте в таких условиях.
«СП»: А какова роль РФ?
— У Трампа есть свои интересы, а у Си Цзиньпина — свои. Поэтому в переговорах лидеров будут решаться конкретно такие вопросы. На мой взгляд, единственное, на что может рассчитывать Россия, так это на то, что в тех областях, где каким-то образом пересекаются и совпадают интересы Пекина и Вашингтона, нас не будут трогать. Вот и все.
