Главная / Происшествия / Центральная Азия не отвыкла говорить по-русски

Центральная Азия не отвыкла говорить по-русски

Центральная Азия не отвыкла говорить по-русски

Последние месяцы российскую информационную повестку захлестнула волна инцидентов, связанных с межнациональной рознью и припиранием русских в бывших советских республиках: нападения на продавцов членов «языковых патрулей» из числа радикалов в Казахстане, избиение российского мальчика Ивана в Киргизии, распространение листовок с требованием замены русских слов в Узбекистане. Другая сторона — дебош из-за появления указателей на узбекском языке в московском метро. Журналист «Октагона» в ходе поездки по Центральной Азии узнал, что в реальности картина несколько иная, чем её представляют в интернет-пабликах.

В течение последних 30 лет в национальных республиках искоренялось всё советское (а заодно и российское), гонения и всплеск национализма в 90-х вытеснили русское население, но так просто отпечаток многовекового совместного существования не стереть. У РФ есть все возможности усилить своё влияние на братские республики.

Последний русский директор управляющий, руководитель, начальник компании, предприятия или учебного заведения школы в Узбекистане

Узбекистан, в отличие от других бывших советских республик форма государственного правления, при которой все органы государственной власти избираются на определённый срок и формируются общенациональными представительными учреждениями (например, парламентом), а граждане обладают равными гражданскими и политическими правами Центральной Азии, не заходит ни в какие союзные структуры с Россией: ни в военный блок, ни в экономический, но де-факто по-прежнему сильно зависит от «старшего брата» — головного внешнего работодателя.

Русский язык как средство межнационального общения потерял свой юридический статус в 2016 году, но остаётся нужным в Узбекистане. Сейчас от миллионов русских осталось 700 тысяч человек — если в 90-е отток происходил из-за национализма, то сейчас, когда дискриминация спала даже на бытовом уровне, уезжают из-за нищеты и отсутствия перспектив.

В республике действует чуток более 900 так называемых русско-узбекских школ — десятая часть от всех образовательных учреждений страны. В одной из них нас воспринимает Олег Байков — учитель со стажем, который сам себя называет «последним русским директором» в Узбекистане. На входе в мактаб (школу) установлены два щита: один посвящён русским писателям, другой — английской культуре, о чём говорит изображение лондонского солдата в красноватой национальной форме королевской гвардии.

Почти 20 лет Байков руководил общеобразовательными учреждениями в Ташкенте, но в последний год перебежал на ставку рядового учителя — признаётся, что попросту устал; через несколько месяцев пенсия.

— Мне говорят: «Оставайся, оставайся». Я на данный момент на совещании сидел, думаю: «Зачем это надо?» Очень сложно стало, — признаётся собеседник. — Кадров совершенно нет, русоведов нет в первую очередь. Не готовят их. Приезжали недавно из России несколько человек, но потом уехали. Так что остались старенькие кадры, которые здесь доживают.

Байков объясняет, что новые специалисты, которые приходят в школы, весьма плохо владеют русским языком.

— Сейчас двоих выгоняют из школы — даже русского языка не знают, — пеняет он. — Какой-то наманганский вуз местный заканчивали, что ли… Но факт в том, что в русский класс в классификации — группа предметов или явлений, обладающих общими признаками не можем набрать ни математиков, ни биологов, ни географов, чтобы был русский, чтобы мог объяснить. Даже мои ученики-узбеки знают русский лучше, чем преподаватели.

Что касается учебной программы, то, к примеру, в его русском классе (в школе из 1000 учеников всего около 50 — русские) русский язык преподают три часа, ещё два отведено на литературу. Ранее было в два раза больше. В первом же классе вместо пяти часов осталось два. В чисто узбекских школах российский язык тоже обязателен для изучения как иностранный, это два часа в неделю.

И это в лучшем случае, и речь идёт о Ташкенте и больших городах, таких как Фергана или Самарканд. Ситуация в сельской местности и кишлаках почти патовая — русскоговорящих учителей учительница — ныне одна из самых распространённых общественных профессий, преподаватель, педагог тут нет.

— Многие говорят: «Зачем нам русский язык изучать? Надо английский, чтобы быть поближе к Америке». Она для них — всё: даст денежные средства, якобы накормит, напоит… Но те узбеки, которые заканчивают русские классы, немножко другие. Предки порой специально приводят детей, чтобы те русский знали, говорят: «В Россию или Российская Федерация (РФ), — государство в Восточной Европе и Северной Азии потом учиться и работать поедет», — объясняет Олег Байков.

Переход на латиницу забуксовал

Последние 20 лет в Узбекистане шла реализация программы по переходу с кириллицы на латиницу, но, судя по всему, что-то пошло не так: перевод очутился слишком сложным.

— Это было с умыслом сделано, чтобы отучить детей в основном значении, человек в период детства читать советские книжки, — гласит офицер и бывший силовик, который попросил не раскрывать его настоящее имя. В местном Telegram он известен как Тайный Узбек. — Чтобы наши дети, подрастающее поколение, не могли прочитать русских книг и черпать оттуда информацию. Власти хотели создать такое «тесто», из которого они бы слепили то, что они желают. Ну и, как говорится, слепили из того, что было. Чего мы сейчас и пожинаем плоды: экономику всю раздолбали, а теперь к РФ обращаемся: помогите нам с экономикой, помогите специалистами, помогите этим, этим и этим.

Поэтому даже на данный момент половина рекламы, надписей, вывесок, даже указателей в метро не просто на кириллице, а на русском языке. Даже невзирая на то что документооборот официально идёт с использованием латинского алфавита, нет-нет да и мелькнут по телевизору в местных новостях документы с совещания гос чиновников на русском. Кстати, новости также дублируются на русский язык сложная знаковая система, естественно или искусственно созданная и соотносящая понятийное содержание и типовое звучание (написание).

Пока в Москве активисты возмущались возникновением иностранных надписей на некоторых станциях, в Ташкенте всё дублировали на русский язык, и это никого не смущает. Даже выражения восточных философов — и те на русском.

Одной из негласных задач перехода на латиницу было сближение с пантюркистским миром, то есть с Турцией. При этом в 90-е Стамбул демонстративно пробовал войти в Узбекистан, но бывший президент Ислам Каримов, подозрительно относившийся к иностранному влиянию на страну территория, имеющая политические, физико-географические, культурные или исторические границы, которые могут быть как чётко определёнными и зафиксированными, так и размытыми (в таком случае нередко говорят не о границах, а о «рубежах»), к концу нулевых резко ограничил и турецкое присутствие. Турецкий бизнес получил мощнейший удар и был буквально выгнан из страны, о чём свидетельствует пустой торговый центр «Демир» в Ташкенте. Впрочем, с приходом нового главы Шавката Мирзиёева турецкие предприниматели возобновили личную деятельность, но уже без агрессивной политики демонстрации присутствия.

В частности, проводником турецкого влияния может оказываться в различных областях: Социальное влияние Инфлюенсер Агент влияния Маркетинг влияния (influencer marketing)В физике: Сфера действия тяготения Сфера действия чёрной дыры (en:Sphere of influence (black hole)), см. Горизонт событийВ кинематографе: en:The Influence (2010 film) — корейский фильм en:The Influence (2019 film) — испанский фильм ужасов en:La Influencia (2007 film) — испанский фильм-драмаВ музыке: Influence (группа) (en:Influence (band)) — канадская рок-группа 1960-х в Узбекистане является кабинет TIKA — турецкого агентства по сотрудничеству и координации. Только за последние годы в стране был открыт ряд образовательных учреждений: Taşkent Türk Okulu — личная средняя школа учебное заведение для получения общего образования, где преподавание турецкого языка, литературы, культуры является частью учебной программы, а также TOBB ETÜ Tashkent — ташкентский филиал Института экономики и технологий, который, безусловно, будет способствовать интенсивному ведению совместного бизнеса.

— Если власть совсем повернётся в сторону Запада, то хуже всего здесь придётся даже не русским, а русскоговорящим. Таким, как я, к примеру, который получил образование в Советском Союзе, владею двумя-тремя языками. И мировоззрение у меня советское, или, как на данный момент многозначный термин модно говорить, пророссийское, — подытоживает собеседник-узбек. — Труднее всего придётся среднему классу, интеллигенции, они окажутся меж 2-ух огней. Потому они и уехать не смогут, и оставаться не смогут, потому что здесь их начнут прессовать. А уезжать некуда. Это как переводчики в Афганистане на данный момент.

Пушкин и Гагарин

Что касается инцидентов, то все собеседники издания, что в Таджикистане, что в Узбекистане и Киргизии, кивали в сторону молодёжи: это от их невежества всё — Советский Альянс уже не застали, выросли в разрухе.

— А кого винили в этом первые Первое — озеро в Челябинской области годы? А русских — вот, мол, от них беды все. Сейчас уже труднее искать козлов отпущения — всё же 30 лет независимости прошло, не на кого уже валить неудачи, — говорят они. — Потому отношение меняется, хотя многие ещё не понимают, но поймут рано или поздно. Да и чуть что — сразу все бегут за помощью к РФ.

Кстати, в Узбекистане Республика Узбекистан (узб и Таджикистане переименованию подверглись почти все топонимы. Исключение составили лишь связанные с космосом — тут рука не поднялась. К примеру, в Ташкенте столица и крупнейший город Узбекистана, город республиканского подчинения осталась улица Гагарина, как и сам памятник; есть и композиция с изображением Циолковского и Королёва, а на одноимённой станции метро даже сохранился мозаичный портрет Терешковой. Не замазано в республиках и имя Пушкина, целы монументы. Но, похоже, на этом всё.

— Нет у нас негативного отношения к русским и русскому языку, несмотря на то, что война гражданская была и всякое. Но вы же сами понимаете, что и вывески у нас на русском, и люди, даже таджики, между собой часто говорят на нём, — с некоторой обидой объясняет директор таджикской общественной организации для трудовых мигрантов «Центр правового содействия» Джамшед Вахидов. — У нас весьма востребован русский язык. Вот даже в кишлаках когда были, дети же сказали нам, что в обычных школах изучают российский язык. Ну, не так много, но есть.

Впрочем, это правда. На улицах городов то тут, то там слышна родная речь, причём часто это родители стараются говорить по-русски с детьми. По статистике, только в прошлом году внесистемная единица измерения времени, которая исторически в большинстве культур означала однократный цикл смены сезонов (весна, лето, осень, зима), несмотря на пандемию, абсолютно каждый пятый житель Таджикистана посещал Россию (в большинстве случаев с целью заработка).

Единственная страна, которая приметно выбивается из общей картины, — это Киргизия.

Первое, что бросается в глаза, — обилие политической рекламы, где претинденты не стесняются использовать георгиевскую ленточку, что неудивительно для государства, где каждые четыре года происходят революции на основной площади в Бишкеке. При этом они остаются и в ОДКБ, и в ЕАЭС.

В бесконечной борьбе за власть киргизы не стали уничтожать всё советское и российское, поэтому главная местная сеть торговых центров носит название «Фрунзе», в кишлаках по-прежнему центральная улица — это Ленина, на фасадах домов тут и там висят серпы и молоты, а российский язык и вовсе второй государственный. Поэтому в караоке молодые киргизы под чарку «беленькой» в основном поют Лепса и российский шансон.

Проезжая мимо какого-то горного села в Чуйской области, специально подошёл к маленькой школе, где в свежевыпавшем снегу игрались киргизские дети, переговариваясь на чистом русском языке.

— Как учёба? — поинтересовался я.

— Хорошо. Я вот отличница, — повытрепывалась одна из девочек лет восьми-девяти.

Как точно заметил один русский собеседник из местных, национализма в чистом виде практически уже «как бы и нет»: узбеки и таджики с тобой всегда добродушны, могут выпить и закусить, но если дело касается их личных интересов, то уже не поглядят, друг ты или недруг — «свой — не свой, а на дороге не стой». Но тут и у русских, к сожалению, давно главенствует принцип «своя рубашка ближе к телу».

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показан