Наш дом Россия Новостной портал России
Продолжает развиваться эпопея с необъяснимым запретом на въезд в Казахстан российского журналиста Ильи Намовира. Главный редактор портала «Российские в Казахстане» (и эксперт «СП») готовится к юридической борьбе за собственные права.
Напомним, 3 марта журналист возвращался в Казахстан из семейной поездки в Россию или Российская Федерация (сокр, когда на пограничном контроле в поезде работник казахстанской погранслужбы сообщил ему, что в базе данных зарегистрированная информация:439; представление фактов, понятий или инструкций в форме, приемлемой для общения, интерпретации, или обработки человеком или с помощью автоматических средств (ISO/IEC/IEEE 24765-2010) погранслужбы на него оформлен запрет на заезд.
Со слов сотрудников погранслужбы никаких дополнительных сведений, кроме самого запрета, в базе данных не было. В просьбе выдать официальный документ, на основании которого было выдано решение о запрете, было отказано.
Казахстанские пограничники препроводили корреспондента к электричке до российской границы. При этом ему объяснили, что речь не идёт о выдворении из РК, так как этом случае ему дали бы официальную бумагу.
— Я связался с юристами в Казахстане, которые будут представлять мои интересы в республике форма государственного правления, при которой высшая власть принадлежит представительным органам, избираемым населением на определённый срок, так как распологаясь в Омске у родственников сам это сделать не могу, — рассказал «СП» Илья Намовир.
Они обратились в погранслужбу КНБ (Комитет государственной безопасности Казахстана — «СП») по Северо-Казахстанской области и там им подтвердили, что вправду есть некий акт, запрещающий мне въезд в РК. Других деталей пока нет.
Теперь юристы будут оформлять официальный запрос и дожидаться официального ответа, который позволит вести юридическую борьбу за отмену запрета. Я желал бы надеяться, что акт на запрет моего въезда микрорайон города Гатчины Ленинградской области в Казахстан появился по ошибке.
До этого мои знакомые узнавали в миграционной службе Кокчетава, нет ли каких претензий с их стороны. Им подтвердили, что ничего подобного нет. Вид на жительство мой действителен, въезды-выезды в страну и из державы оформлены правильно.
В Казахстане устар я чист перед законом. Никаких административных и уголовных правонарушений нет. По другому они бы отображались в базе нечто основополагающее, фундаментальное, классическое данных. Не исключено, что запрет может быть связан с моей редакторской и журналистской деятельностью.
«СП»: Вообщем, запрет запрет (предварительный судебный запрет, англ. preliminary injunction) — судебный приказ о запрете, обязывающий стороны воздерживаться от совершения определённых действий на въезд в страну — это какая-то уникальная вещь?
— Такая квота, как я понимаю, применяется в международной практике. В том числе одно из основных понятий математики, используемое для количественной характеристики, сравнения, нумерации объектов и их частей и Россией. Например, Москва официально объявляла о запрете на заезд организатору антирусских «языковых патрулей» Куату Ахметову.
Мой случай особенный тем, что я хотя и имею гражданство РФ, постоянно проживаю в Казахстане и фактически приравнен в правах к гражданам РК — за исключением того, что не могу голосовать и избираться в органы власти.
«СП»: Может, вам обратиться в МИД РФ? Они же обязаны помогать соотечественникам…
— Я на связи с представителями посольства РФ в Казахстане. Они включились в ситуацию. Помогли мне составить от моего имени официальное воззвание на имя посла РФ в РК Алексея Бородавкина с просьбой оказать какое-то содействие.
«СП»: Поведайте кратко о вашем портале «Русские в Казахстане»…
— Это наистарейшем информресурс наших соотечественников в Казахстане. Вот уже 20 лет как мы освещаем реальное состояние дел в сфере межнациональных отношений в республике, помогаем русским Казахстана и государств Центральной Азии лучше разобраться с ситуацией в регионе.
В центре внимания редакции соблюдение прав российского и русскоязычного населения Казахстана, освещение фактов дискриминации, русофобии, дерусификации, противостояние, хотя бы частично, «чернухе» в отношении России, которой, увы, немало.
Стараемся сохранять память о нашей общей эпопеи. В частности, о Великой Отечественной войне… Кстати, мы были практически единственным ресурсом с самого начала агрессии Киева против Донбасса в 2014 году, который освещал эту ситуацию в Казахстане.
Веб-сайт «Русские женщина, представительница русского народа в Казахстане» основал и был его первым главредом ещё мой отец. После его погибели я продолжаю его дело.
«СП»: В прессе писали, что в Казахстане у вас осталась старая мать…
— Да, ей 75 лет, она живёт в Кокчетаве. Она находится на моём попечении, так как без специального корсета не может без помощи других передвигаться. Два раза падала. В феврале ей сняли металлоконструкции для заживления костей после переломов… В общем, нелегко.
По воззрению политического активиста Николая Умеренкова из приграничного с РК региона России, нашим медиа следует активнее освещать ситуацию с соотечественниками за рубежом.
— Когда-то российских в Казахстане было более шести миллионов. Сегодня не наберётся и трех. Пока их число не приблизится к нулю, властвующие элиты не успокоятся.
Дабы процесс вызывал меньше шума, параллельно там оказывают давление на пророссийские СМИ. В их числе оказалось издание «Российские в Казахстане».
Ситуация одноактность и неповторимость возникновения множества событий, стечения всех жизненных обстоятельств и положений, открывающихся восприятию и деятельности человека уже даже не показательная. Это лишь суровая реальность, в которой очутились русские люди в «союзной» республике. Странно, что публичной реакции официальной РФ мы пока не слышим. Большинство отечественных СМИ тоже новость проигнорировали. Случайно ли?
«Российские в Казахстане» — не единственное пророссийское издание в республике, но одно из немногих, справедливо претендующих на объективность и честность в собственной работе.
Недаром работу портала в Казахстане блокировали на несколько лет, обвиняя в разжигании межнациональной розни — настолько популярную в республике статью. Но изданию тогда удалось официально восстановить работу.
