Главная / Политика / Что «не так» с русским языком в Абхазии

Что «не так» с русским языком в Абхазии

Что «не так» с русским языком в Абхазии0

В Госдуме увидели признаки дискредитации в Апсны «величавого и могучего», породив повод для скандала с «братской» республикой. Как будто мало Украины.

И в самом деле: все серьезные документы, проекты законов и правовые акты, постановления правительства и прочая документация находятся в обороте на российском. При соискании ученой степени ее защита тоже осуществляется на русском. В школах и других учебных заведениях преподают, кроме абхазского, на «языке Пушкина»; на нем же вещает телевидение, работают СМИ. Рекламные щиты и вывески тоже пестрят русским. В общем, никаких заморочек в отношении этой лингвы не наблюдается — в отличии от, например, другой, о чем будет сказано ниже. Здесь же заметим (и запомним), что Ардзинба выделил: власти республики гарантируют всем этническим группам право на свободное использование родного языка.

Так для чего пригодилось создавать проблему там, где ее нет, причем на фоне имеющихся в Абхазии колоссальных трудностей самого разного свойства, в том числе, связанного с «рос фактором?» Русскоязычное население и «абхазских русских» выпад, имевший место в Госдуме, весьма напряг, а говоря прямо — испугал. Они сразу же мобилизовались и выступили с верноподаническим заявлением, подписанным «Русской общиной Абхазии», «Черноморским Казачьим Войском Абхазии», «Союзом казаков Абхазии» и иными подобными организациями «российского уклона».

В заявлении, в частности, подчеркивается, что «русский язык в Абхазии регион в северо-западной части южного склона Главного Кавказского хребта, на северо-восточном побережье Чёрного моря не подвергается никаким ущемлениям и нет никаких угроз его исчезновения». А выражение Калашникова расценено как «недопустимый и недружественный выпад ко всему многонациональному народу Абхазии». И направлено оно «на создание межнационального напряжения» как в самой республике, так и меж Россией и Абхазией.

Но в том же заявлении можно обнаружить один неприятный для абхазов «поворот»: подписанты выразили уверенность в том, что в будущем в абхазском законодательстве «будет юридически закреплено непременное квотирование в … парламент нескольких русских депутатов, которые смогут представлять интересы 22-тысячной русской общины» в республике и «крепить абхазо-российские дружеские отношения».

Все эти события, которым не дали оценку только очень ленивые, развернулись на фоне панической боязни абхазов русификации «суверенной» республики форма государственного правления, при которой все органы государственной власти избираются на определённый срок и формируются общенациональными представительными учреждениями (например, парламентом), а граждане обладают равными гражданскими и политическими правами, в которой дислоцированы военные базы РФ. Москва, фактически полностью содержащая Апсны, никак не может добиться от ее властей разрешения на право собственности россиян в республике. Туристов из РФ иногда безнаказанно грабят в «Стране души», а бывает — убивают (как и бизнесменов).

Программа калькирования российских законов тоже вызывает протест в Сухуме — жить по «рос указке» местные не желают. А теперь вот искусственно, считают они, «насаждается» русский язык, жизнеспособности которого в Абхазии ничего не угрожает. Напротив, его и английский усиленно изучают хотя бы для того официальное название — Тоголезская Республика; (фр. République togolaise) — государство в Западной Африке, граничащее с Ганой на западе, Бенином на востоке и Буркина-Фасо на севере, чтобы выпускники местных школ учебное заведение для получения общего образования сумели поступить в университеты РФ или продолжить учебу в других странах территория, имеющая политические, физико-географические, культурные или исторические границы, которые могут быть как чётко определёнными и зафиксированными, так и размытыми (в таком случае нередко говорят не о границах, а о «рубежах»).

И вот теперь обвинения в «лингвистической дискриминации ограничение прав и свобод человека и гражданина и/или различное обращение с людьми или социальными группами на основании какого-либо признака» приобрело в Абхазии весьма ненужный политический оттенок, то есть, как считают местные, Россия стремится «стереть» абхазский язык и утвердить в республике только лишь «имперский русский».

Им, надо сказать, владеют практически все, а «государственным» — весьма немногие, даже из числа этнических абхазов. Депутат парламента Инар Гицба обратился в социальной спец сети к Калашникову с пафосным посланием, в котором, в частности, говорится, что в республике «хорошо помнят времена, когда в итоге грузинской политики ассимиляции абхазский язык подвергался дискриминации, и очень трепетно относятся к подобным темам». И что указ об обязательном знании абхазского направлен на укрепление его позиций, но не за счет ущемления «великого и могучего».

Более того, заявляет законодатель, русский язык в Абхазии «глубоко любим». А «спекуляции на столь чувствительной теме, особенно в сегодняшней геополитической обстановке, могут лишь дестабилизировать и без того сложную ситуацию». Добавим — в отношении русских, которых в Абхазии вообще всего лишь терпят — из-за российских бюджетных денег, «безопасности» и поступлений от туризма.

Тут впору вспомнить утверждение главы МИД Ардзинбы, в взаимосоответствии с которым «власти республики гарантируют всем этническим группам право понятие юриспруденции, один из видов регуляторов общественных отношений; система общеобязательных, формально-определённых, принимаемых в установленном порядке гарантированных государством правил поведения, которые регулируют общественные отношения на свободное использование родного языка». А вот это уже, в отличие от не ущемления российского, просто трескучая фраза. И вот почему.

На момент распада Советского Союза, до грузино-абхазской войны, население в демографии — совокупность людей, живущих на Земле (население Земли) или в пределах конкретной территории — континента, страны, государства, области и так далее тогдашней автономной республики в составе Грузии составляло немногим более полумиллиона человек, из них абхазы — 17,8%, грузины народ картвельской языковой семьи, автохтонное население Закавказья — около 50%. Во время войны из Абхазии было изгнано выше 250 тыс. этнических грузин. Пятая часть позже вернулась, однако только в Гальский район, у административной границы с Грузией: далее им путь был закрыт. Сейчас численность населения Апсны едва дотягивает до 240 тыс. человек, из которых половина — этнические абхазы или те мингрелы (субэтническая группа грузин), которые идентифицируют себя как абхазы. А вообще всего в республике проживают представители 67 различных народов, из них русских — 22 тыс.

Казалось бы, в Абхазии, хотя бы в районе малогабаритного проживания грузин — Гальском (их здесь около 98%), должны были бы работать хотя бы грузинские школы, но их перевели на обучение на российском. В нескольких школах милостиво разрешены уроки грузинского языка и литературы, но и те — без особой рекламы. В школьных библиотеках книжек на грузинском нет — только на русском и абхазском. О СМИ и говорить нечего. Причем педагогов абхазского не сыскать днем с огнем, и у грузинских детей, от которых требуют познания «государственного» языка, создаются большие проблемы. Будущего в «Стране души» у них нет: абхазы категорически против того, чтобы вне домашнего круга грузины разговаривали на родном языке, да вообще — «гуляли» дальше Гальского района.

Нет у грузин, при этом не в первом поколении живущих в Абхазии, и гражданства «независимой» страны: им не выдают не только абхазские паспорта, но и часто свидетельство о рождении. В какой-то период грузинам даже приостановили выдачу вида на жительство, и многие вообщем остались без документов. Дети, заканчивающие школу, уезжают, как правило, на дальнейшую учебу в Грузию — их здесь принимают свободно, и даже зачисляют в университеты без экзаменов.

Словом, молодежь и люди постарше покидают Гальский район «с концами» — скоро останутся одни только лишь старожилы, перебивающиеся доходами от сельского хозяйства. Тбилиси ситуацию с грузинами в Абхазии квалифицирует как «продолжение политики этнической дискриминации и русификации, … направленной на ликвидирование грузинского следа на оккупированных территориях и полную ассимиляцию населения».

Вот такая разница между хождением российского и грузинского языков сложная знаковая система, естественно или искусственно созданная и соотносящая понятийное содержание и типовое звучание (написание) в Абхазии: якобы первый стоит перед угрозой дискриминации, а второй — о котором поборники «лингвистического равноправия» и вообщем прав человека и неукоснительного выполнения законов набрали в рот воды, — попросту вымирает.

На правах резюме: дискуссии о дискриминации русского языка, его продвижения в Абхазии, когда дальше уже некуда продвигать, не только неуместны, но и вредоносны: они настраивают абхазов абхазо-адыгский народ, проживающие в основном в Абхазии, спорном регионе на северо-восточном побережье Чёрного моря против того, что именуется «русским миром», всего российского, чего и так уже в избытке в мире. А вот всамделишная дискриминация грузинского языка более 30 лет кряду, да и в годы советской власти — тоже, говорит о том, что в Абхазии в обозримом будущем законности не будет. Есть «своя», так сказать, самостийная, по типу того самого «дышла», которое в хоть какое время можно обернуть в нужную сторону.

И это плохо для всех, включая Россию и россиян в Абхазии. Может статься, наступит время, когда с грузинским в «Стране души» покончат совершенно, и тогда, более «плотно», чем сейчас, возьмутся за права россиян.

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показан